ЖРИЦА ИТФАТ

33. Действо в сновидении
 
 

Все принялись за еду, включая диву и жрицу. А когда поели, Матильда снова обратилась ко всем:
– А сейчас, для сравнения, попробуем сделать другим плохо и посмотрим, что будет. Она выбрала одну монашку и несильно хлопнула ее рукой по голове.
– Вот, я тебе сделала плохо. Не больно, но неприятно, да?
– Да, – ответила та.
– А теперь ты сделай своей сестрице то же самое. А та другой, и так все по кругу.

Монашки принялись усердно хлопать друг дружку по головам, и настолько увлеклись, что Матильде еле удалось их остановить:
– Хватит! Хватит уже! Перестаньте! Всем плохо?
– Да! Да! – ответили хором монашки.
– А почему всем плохо?
– Почему? Почему?
– Потому что, если делаешь другим плохо, плохо к тебе возвращается. Поняли?
– Поняли-поняли! – закивали те.

– Видите, как хорошее, так и плохое возвращается. Отсюда какой вывод?
– Какой? Какой?
– Я вам уже говорила. Нельзя делать другим плохо. Надо делать другим хорошо. Усвоили?
– Усвоили-усвоили!
– А для закрепления, научим вас делать друг другу саже. Мы ведь обещали. Вы хотите?
– Хотим! Хотим!
– Вот ты, – Матильда обратилась к монашке, – Прикоснись губами к щеке своей сестрицы, а та сделает то же самое другой, и так все по кругу. Начали!

Дива и жрица понаблюдали какое-то время, как преображенные постигают новый для себя опыт. Тем, видимо, понравилось, и их опять лишь с трудом удалось остановить.
– А теперь, – объявила Матильда, – повторим пройденное. Что надо делать манам, чтобы оставаться манами?
– Надо делать другим хорошо! – дружно отозвались монашки.
– А во что превратятся маны, если будут делать другим плохо?
– В гламроков!
– Вы хотите быть гламроками, или манами?
– Манами, манами!

– Вот и славно! – возвестила Матильда с чувством исполненного долга.
– Но это не все, – прибавила Итфат, – Что еще делают маны?
– Делают что хотят? – предположила уже ученая Мана-лиса.
– Делают что сами хотят, – поправила ее жрица, – Ты, Мана-лиса, что ты делаешь сама?
Монашка на минуту задумалась, но тут ее будто осенило.
– Я шью! – воскликнула она в восторге.

Остальные с завистью уставились на счастливицу.
– А мы? А мы что делаем?
– Не вы вместе, а каждая из вас! – поправила их Итфат.
– Сами, сами себя спрашивайте! – помогла Матильда.
– Ты, Мана-таша, – обратилась к монашке Итфат, – спроси себя, что ты делаешь?
– Что я делаю?
– И отвечай сама сразу!
– Я стираю, – сначала недоуменно, а потом уже уверенней ответила та, – Я стираю! И я сама!
– А ты, Мана-бела, что делаешь сама?
– Что я делаю? Я убираю! Сама!
– А ты, Мана-лина?
– Я готовлю! Сама!
– А ты, Мана-тана?
– Я забочусь! Сама!

Так по очереди все кармелитки были опрошены, и у каждой, как оказалось, нашлось свое дело. Тем временем, солнце уже клонилось к закату. Еще один трудный и насыщенный день в метареальности подходил к концу. Напоследок, дива и жрица решили расспросить обитателей этого странного мира, что они, собственно, о нем знают.

– Ну что, сестрицы, – обратилась к ним Матильда, – Теперь, надеюсь, вы не станете набрасываться на других, которые к вам приходят?
– Не станем! Не станем! – отозвались те.
– А что вы будете с ними делать?
– Мы будем делать другим хорошо!
– Браво! Но мы с Мана-фатой здесь тоже другие. Нам нужно уйти.
– Нет, нет! – заголосили монашки, – Пусть маны останутся!
– Мы должны уйти, – сказала Итфат, – Нам здесь не место. А вы не пропадете. Еда у вас есть, мегалит дает. Мана-лина, знаешь, как получать еду?
– Знаю-знаю!
– Дело у каждой тоже свое есть, – сказала Матильда, – Теперь вам будет чем заняться.
– Будет-будет!

– А раньше, когда вы были гламроками, вы что делали? – спросила Итфат.
– Мы читали бредни!
– И все? И всегда? Только это?
– Всегда. Только это.
– Их сновидение было зациклено, – шепнула Итфат диве, – Это примерно то же самое, что статичная картина, в которой без наблюдателей все покоится.
– Да, единственное разнообразие здесь, приход сновидящих, – ответила жрице Матильда.

– А что это за город? – спросила у них Матильда, – Когда он был построен? И кем?
– Мы не знаем, – ответили монашки, – Он был всегда.
– А вы, как себя помните? С чего все началось?
– Мы не помним. Мы были всегда. И все было всегда.
– Всегда одно и то же, одинаково?
– Одно и то же и одинаково.

– Тили, в отдельном секторе метареальности, в отсутствие наблюдателей, так и должно быть, – сказала Итфат, – Это как на отрезке киноленты: что отснято, то и есть. А вечность и один миг здесь, понятия равносильные.
– Похоже, их бесполезно о чем-либо расспрашивать, – сказала Матильда, – Но погоди, ведь они были гламроками, а стали кармелитками! Значит, мы уже на другой киноленте?
– Возможно и так.
– Но как это произошло? Они спали как гламроки, а проснулись как кармелитки?
– Да, в определенном смысле мы их разбудили.
– Выходит они, для себя, проснулись в другом сновидении?
– Они и сейчас спящие персонажи, но их сновидение изменилось.

– А что требуется нам, чтобы что-то изменилось у нас? – спросила Матильда.
– Постой, – встрепенулась Итфат, – Ты хочешь сказать, нам надо заснуть, а потом проснуться? Но ведь мы это уже делали.
– Один раз. И в тот раз произошел запуск сновидения, которое было остановлено. А что будет, если нам заснуть и проснуться в сновидении, которое крутится? Должно же хоть что-то измениться?
– Вопрос, что. Но в нашем положении, наверно, другого выхода и нет.
– Значит, надо попробовать.

Монашки, между тем, прилежно убрали всю посуду обратно в мегалит, и теперь сбились в кучку, вопросительно глядя на своих главных ман.
– Ну что, сестрицы, – обратилась к ним Матильда, – День закончился. Вы спать-то ложитесь вообще?
– Да, ложимся! – ответили те.
– А потом просыпаетесь, и у вас опять все по новой, одинаково?
– Да, по новой!
– Ну, теперь уже все иначе будет. Будет вам лучше, веселее будет. Знаете, может случиться так, что мы с Мана-фатой завтра исчезнем, как другие.
– Нет, мы не хотим! Пусть маны останутся!

– Не скучайте, сестрицы! – подбодрила их Итфат, – Может быть, мы еще вернемся, и свидимся еще.
– Да-да! – воскликнула Матильда, – Мы обязательно вернемся, навестим вас! Вот только разберемся сначала, как в этой реальности перемещаться.
– Маны разберутся! Маны умные! – сказали монашки.
– А пока, еще один подарок вам, – Матильда вскинула руки и провозгласила, – Пусть всегда будут звезды!

В тот же миг на темнеющем, но до сего времени пустом небе, загорелись мириады звезд, красивых, разноцветных. Монашки разразились восторженными возгласами. И даже Итфат удивилась:
– Ну ты даешь, Тили!
– А теперь давайте прощаться, сестрицы! – сказала Матильда.
– Пока-пока, подружки, увидимся! – помахала им рукой Итфат.
Монашки переглянулись меж собой, и не сговариваясь, поклонились и выдали хором:
– Спасибо, Мана-тида! Спасибо, Мана-фата! Спасибо вам!
А затем разбрелись по своим домикам.

...

– Еще один вопрос, Фати, – сказала Матильда, когда они остались одни, – Быть может, самый-присамый важный.
– Какой-какой, Тили-Тили?
– Если мы заснем, не проснемся ли мы в разных мирах?
– Но ведь в прошлый раз мы заснули вместе, и вместе же проснулись.
– Во-первых, не вместе в смысле одновременно, а во-вторых, предыдущее сновидение было остановлено. И что будет теперь?
– Не знаю, но мне почему-то кажется, что мы останемся вместе. Мы же и так сейчас в пространстве сновидений, а не в проявленной реальности, откуда каждый отправляется в свое сновидение.
– А тебе прошлой ночью что-нибудь снилось?
– Нет.
– И мне нет. Но я все-равно боюсь! Давай, спросим у Преддверия?

– Ох, оно скупо на ответы, но ладно, давай, – согласилась Итфат, – Эй, Преддверие, ты здесь?! – крикнула она в небо. Небо в ответ, как обычно, зашелестело ветром, и отовсюду, со всех сторон поднялся шепот:
– Я везде и повсюду... Везде и повсюду...
– Только один вопрос! – воскликнула Матильда, – Только не улетай сразу! Ответь! Пожалуйста! Мы не разлучимся, если заснем здесь? Мы вместе проснемся?
– Вы проснетесь вместе... Вместе... – отозвался шепот.
– А скажи еще, – спросила Итфат, – Сможем ли мы вернуться в материальный мир, и когда?
– Всему свое время... Время... – прошептал ветер.
– А скажи еще, сможем ли мы в один мир вернуться? – закричала Матильда, – Ну пожалуйста! Мы хотим быть вместе!
– Хотения мало... Мало... – прошептал напоследок ветер и начал стихать.
– А что еще нужно? А что? – прокричала вдогонку Матильда, но ответа уже не последовало.

– Ну вот, как всегда, – сказала Итфат, – Больше вопросов, чем ответов.
– Главное, нам ответили, что мы проснемся вместе, – сказала Матильда.
– Ну, коли так, пойдем уже спать, Тили. Я так устала!
– Я тоже, пойдем.

Дива и жрица зашли в мегалит, и даже не раздеваясь, упали в свои кроватки.
– Не будем раздеваться, Тили, – сказала Итфат, – Мало ли что нас ждет по пробуждении.
– Да, я тоже так подумала, – сказала Матильда, – Но я все же боюсь, Фати. Давай сдвинем кроватки и возьмемся за руки.
– Давай.
Только лишь они это сделали и улеглись, как заметили, что купол мегалита стал прозрачным, и через него засияли мириады звезд разноцветных, красивых. Дива и жрица любовались звездами молча, на разговоры уже сил не оставалось. Через минуту они уснули.

 
 
Поделиться: